Если бы однажды сказали: выбирай.
Пусть не было бы камнем упавшей боли,
И только май.

Или предложили: перемотать обратно возможно.
Не будешь заложником обстоятельств.
Сразу счастье. Это несложно.

Или в таком специальном магазине спокойных мужчин
Я выбрала бы не тебя, конечно,
А идеального мужа принтскрин.

И он, такой глянцево-фарфоровый с голубыми глазами,
Целовал мои волосы, губы, щеки,
Никогда не орошенные слезами.

И у нас родился бы сын – блондин, а не черноглазая дочь.
Никогда бы не плакал, смеялся,
Спокойно спал всю ночь.

Ты ходил бы в офис в дорогом костюме и блестящих «Картье»,
А мы бы с сыном в окно улыбались,
Счастливей всех семей на земле.

Но вот такая беда, что я – дура дурой –
В магазин спокойных мужчин не пошла,
Загубив воспитание и неплохую фигуру.

Взяла вариант нестабильный, асоциальный, сплошной порок.
Всю прежнюю суть закрыл тюрьмою,
И сразу стал сыпаться потолок.

И на предложение вырезать кадры неидеальные
Отвечу «нет». Всмотрюсь в глаза
Совсем твои – черные, довольно печальные.

Она упруго хохочет в молоко и утренние хлопья,
Нам блондинов не надо,
Все наше сегодня целую в лоб я.

И каждый раз, глядя в рассвет или по новой умирая,
Ни ты, ни я не выберем другой цвет.
Черный – все, что про прошлое знаем.