В детстве, пока все рассекали на коньках и санках, я читала. Конечно, каталась с горки, и валялась в снегу, и ставила в углу замороженные штаны все в ледышках. Но это скорее потому, что меня выгуливал старший брат. Поневоле приходилось скатываться с ледяной горы в гурьбе сумасшедших пацанов, разбивать лед закоченевшей лопаткой, лизать ледышки на варежках, закапывать в снегу смешного розовощекого Пухлого и прочая зимняя нечисть. Но мой внутренний мир катастрофической неженки страдал от этих не царских развлечений. Так вот, друзья, с годами это не проходит!

В Буковель мы ехали весело. Не только потому, что нам помогала бутылка коньяка. В основном ржали с того, что я всерьез собиралась кататься на сноуборде. Теория проста: раз я не умею ни на лыжах, ни на сноуборде и учиться мне все равно с нуля, почему бы не выбрать модный и динамичный сноуборд? Ведь это дико сексуально. Все ржали в голос, с удовольствием представляли, как это будет, рисовали страшные сцены моего падения с подъемника, ведь сноуборд – это тебе не шутки, надо одной ногой вот так подцепить, второй оттолкнуться…

То, что горы – это не мое, стало ясно еще на подъезде к отелю. Был ужасный гололед, я прощалась с жизнью на каждом повороте и проклинала свою неуемную натуру, которая потянула меня в горы. Дальше было пару часов, чтобы отойти от дороги. Что катастрофически мало, ибо мне уже тогда сильно хотелось домой. Ну уж нет! Я молода и активна, сказала себе я, и, упаковав розовые щеки в спортивную шапку, отправилась в путь.

Сноуборд я решила не брать сразу. Потому как… У меня все-таки Варя… И я все-таки еще не все успела. Пока я размышляла о том, как коротка и мимолетна жизнь, мой друг взял мне инструктора по лыжам вместе с лыжами. Смуглый брюнет, весь в моем вкусе и красной куртке, подкатил лихо, и началось… Господи, как я просила отпустить меня уже через 20 минут! Я хныкала, ныла, поправляла перчатки и шлем каждые 3 минуты, говорила, что я оделась не по погоде и мне срочно нужно в отель переодеться. Задорный румяный тренер был непреклонен и упрямо повторял, что все оплачено и что видал он таких ленивых каждый день по 10 раз. И вот он затащил меня на гору и приказал ехать. Как ехать, я поняла давно, но то, что так сильно будут мелькать елки!.. К этому я была не готова! Даже дети сразу поняли, что на склоне опасность в белом лыжном костюме, и стали настороженно следить за траекторией моего движения. Видимо, я все-таки ловкая, потому что в тот день никого не убила.

Нужно ли говорить, что на следующее утро, когда все собирались кататься, у меня заболело все: голова, ноги, руки, желудок, температура. Когда все уехали, устроилась в кресле с книгой, нанесла на лицо всевозможные маски и кремы, приготовила бокальчик белого вина и подумала: как хороша все-таки жизнь, когда не мелькают елки. И прав был папа, когда сказал: «Ты едешь кататься на лыжах?! Малышка, ты в детстве даже из санок умудрялась выпасть. Я все время оглядывался, боясь тебя потерять». Папа, я не потерялась! Вроде бы…