Дневники НЕпринцессы. Часть 1.

Мы вместе отправились в отпуск.
Впервые. Таиланд. Остров. Рай.
Ты арендовал супербунгало. Прямо под нами шумела вода. Деревянный пирс уходил в море.
Красота, рвущая сердце в клочья.
Не выходили четыре дня. Дни и ночи смешались. Еда давно закончилась. У нас были вода, фрукты и невозможность остановиться. На пятый день мы появились на ресепшене. Странная исхудавшая пара с израненными губами и кровоподтеками на изможденных лицах.  (далее…)

Крылья

Хмурые люди с обреченными лицами вяло забрасывали безжизненные продукты в разноцветные корзины.
***
– Ты? Почему тогда ушел?
– Мне показалось, еще чуть-чуть – и я тебя ударю. Я бы не смог с этим жить.
– Да. Но ты ушел навсегда. Я не знала, где ты.
– Не навсегда. Я ушел подумать.
– Полтора года прошло. Думаешь? (далее…)

Госпожа Мари и Новая Зеландия

Рано утром в прибрежном городе N госпожа Мари собиралась к мессе. Она была хорошенькая, как яркая птичка колибри. Надев розовую шляпку и синее пальто с алой подбивкой, Мари и вовсе становилась неотразима. Перебирая маленькими ножками в алых туфельках, Мари вбегала в церковь. Снимала пальто, шляпку и тут же садилась за орган. Дело в том, что Мари работала в церкви и играла веселенькие песенки про рождение Христа ровно три раза в неделю. (далее…)

Гарий

Они познакомились на одном из странных мероприятий, каких полно в большом городе. Демонстрировали полусумасшедших музыкантов-гениев. В большом городе, куда ни плюнь, – всюду гении. Как-то неловко становится обычному человеку. Сначала показали фильм о музыкантах. Фильм представлял режиссер, который специально для этого прилетел утром из Австрии. Австрийский, статный, с белыми волосами режиссер распространял по залу ароматы европейской свежести.  (далее…)

Папа

Я очень любила папу. Всегда. Маму в детстве помню плохо. Наверное, потому что она была занята какими-то важными хозяйственными делами. Готовила, убирала, шила нам диковинные наряды. А вот папа был очень большой и значимый. Помню его шапку, пальто, шарф и структуру больших кожаных перчаток. Моя розовая варежка тонула в черной пористой коже. Когда мне исполнилось семь лет, папа говорил: «Доченька, ну хватит уже ходить за ручку. Ты же не маленькая».  (далее…)

Лия. Короткая сказка для взрослых

Она выходила из моря ровно в полночь. В любую погоду и время года. Длинные черные волосы закрывали тонкую поясницу. Густые, блестящие, космически красивые. Хрупкая полупрозрачная фигура парила над водой. Не двигалась – плыла, почти касаясь воды тонкими, смуглыми, неестественно трогательными ступнями. Если смотреть издали, казалось, что прекрасная молодая девушка заблудилась на берегу одна поздно ночью и теперь спешит домой, торопливо перебирая ногами.  (далее…)

Два

Я испытала с ним моменты такого счастья, когда хочется умереть. Два раза. Первый случился в Таиланде. Мы поднимались в гору на скутере. Дорога – через густой тропический лес. Время от времени на обочине встречались обезьяны с недобрым выражением на морщинистых лицах. Именно лицах. Обезьяны вообще кажутся мне уменьшенной копией всех человеческих пороков. Только, в отличие от человека, демонстрируют их открыто.  (далее…)

Смысл

Он вышел из машины. Зябко. Неуютная, промозглая питерская осень. Даже собака не выдержит эту погоду. Черт бы ее побрал. Закашлялся. Плохо. Совсем хриплый. «Надо меньше курить», – в сотый раз пообещал себе. Домой, как всегда, не хотелось. Светало. Закурил. Мозолистые руки дрожали мелкой предательской дрожью. Такая дрожь встречается у одиноких. Тех, кто пытается забыться в стакане крепкого коньяка или виски прямо с утра, а лучше и после обеда.  (далее…)

№ 10 (серия «Лица»)

Каждую ночь она видела дом. Прозрачный, легкий, почти воздушный, на белом песке, у самого моря. Солнце отражалось в голубых стеклах. Вовсе не роскошный, но красивый и теплый. Именно такой. Она проходила по деревянному настилу, ноги знали каждый выступ, каждый сучок. Этот особенно. Он ругал за него мастеров до хрипоты. Она же попросила оставить – так больше жизни, есть за что зацепиться. Пусть хоть эта веточка – след живой непокоренной природы. Наступая на угловато-нелепый сучок тонкой ногой с идеально красными ногтями, она резко поворачивалась в сторону моря.  (далее…)

№ 9 (серия «Лица»)

«Тебе 20, мне 26. Это смешно», – сказала и громко рассмеялась. Она делала так всегда, когда нервничала или не знала, что сказать. Теребила темные кудрявые волосы, по-детски неумело кусала губы. Такой маленький и одновременно взрослый. Что именно состарило его? Непонятно. Многое не совпадало. Красивое, даже слишком, лицо. Довольно детское, если бы не губы. Жесткие и напряженные. Белозубая улыбка приклеена. Как будто если он перестанет улыбаться, то обязательно заплачет. Может быть, именно этого она так сильно боялась. (далее…)

№ 8 (серия «Лица»)

Ей было четыре, когда вдруг объявился отец. Забрал из детского дома вместе с братом. Брат, старше на целых три года, всегда заботился о ней. Как они очутились в детдоме, ни Лиза, ни брат не знали. Воспитатели бросали хлесткие фразы о том, что их мать-алкоголичка совсем спилась и совесть потеряла. Гуляла со всеми подряд, пила, детей не кормила. Так длилось несколько лет, пока детей не отобрала социальная служба. Что означают все эти мудреные слова, Лиза могла только догадываться. Мать она не помнила.  (далее…)

№ 7 (серия «Лица»)

Слезы капали на ярко-алое платье. Оберег на левой руке совсем промок, такой же ярко-алый. Зачем он? Разве можно изменить судьбу? Судьба. В ее случае – определенно не скучная.

Замуж Тая вышла рано – в восемнадцать. Как иначе?.. Мальчишки увивались с четырнадцати. Безумный магнит с голубыми глазами. «Тая-я-я! Тая-я-я-я!» – кричали они под окнами, и озорной мальчишечий свист раздавался на всю округу. «Вот я вам задам!» – грозила в окно бабушка. На этом вся ее строгость заканчивалась.  (далее…)

№ 6 (серия «Лица»)

Не каждому так везет: он родился в Москве. Это сразу определило успешность, красоту, уверенность, особенную значимость. Высокий, сильный, талантливый и яркий. Трудно не заметить. Врач-нейрохирург, а в прошлом – разбойник, дебошир, любитель алкоголя и девушек. Впрочем, не так уж и в прошлом. Своя сеть медицинских центров, недвижимость, деньги, путешествия, симпозиумы, заседания. Интересные люди и события притягивались магнитом. Удача любила его, как и сама жизнь. Причем совершенно взаимно. (далее…)

№ 5 (серия «Лица»)

Бабушка Тоня была совершенно ни на кого не похожа. С самого детства. Росла в простой крестьянской семье. А потом взяла и стала вдруг учителем младших классов. Да еще каким учителем! Весь район ходил к ней на поклон. И за советом. Всех непослушных и проблемных вели к бабушке Тоне. Вернее, Антонине Никифоровне. Так ее называли в деревне. Она была единственной, к кому обращались по имени и отчеству. Как-то плавно бабушкин авторитет разросся и до решения взрослых проблем.  (далее…)

№ 4 (серия «Лица»)

Она написала: «Обещай отпустить меня через год, если мы не будем счастливы вместе. Обещай не мучить меня средневековой верностью и не ждать того же от меня. Обещай, что как только нам станет душно, мы выйдем на воздух. И никогда не пожалеем об этом».

«Только ты способна написать подобное накануне свадьбы. Я хочу быть с тобой», – он зарылся лицом в мягкие рыжие волосы. (далее…)

№ 3 (серия «Лица»)

Он родился утром. В маленьком безликом и скучном городе. В тот день на удивление светило яркое весеннее солнце. Может быть, мама даже смотрела на солнечный свет сквозь грязные окна родильного отделения районной больницы. Теперь уже никто не вспомнит. (далее…)

№ 2 (серия «Лица»)

Они встречались каждый день у озера. Ровно в 17:00. Молодая красивая женщина с черными кудрявыми волосами и худенький белесый мальчик лет десяти. Его звали Саня. Саня гулял с собачкой. Маленькой, бестолковой и очень навязчивой. Она была представительницей одной из этих модных пород. Дорогих и совершенно бесполезных. Звали тоже Саня. Они подружились. (далее…)

№ 1 (серия «Лица»)

Маша была очень добрая, веселая и красивая. Еще в детстве, когда Машенька выходила играть во двор, все ребята собирались вокруг. Каждый хотел дружить или хотя бы постоять рядом. На Маше были прекрасные платья, новые сандалики и самые красивые ленточки в черных блестящих волосах. Машина мама умела шить, а папа был дипломатом. И привозил из разных стран модные диковинные вещи. Маша с рождения знала, что жизнь ее будет прекрасна.  (далее…)

Подвиг Веры

Она была прекрасна. Вера. Верочка. Веруся. Так звали ее друзья. И даже на работе. Облако света парило вокруг белых ароматных волос, нежных, как самая воздушная пенка латте без кофеина. Летящие платья, тонкое тело и такие же тонкие каблуки. Мужчины шли за нею вслед. Как будто в насмешку, Вера была одна. Всегда. Впрочем, не совсем. (далее…)

Каждому – свой

«Ему немало лет», – подумала вдруг. Интересно, сколько. 50? Больше? Неужели больше?
«Как отцу», – сосчиталось само собой. Только отец старый, грустный и потерянный. Он потерялся давно. Возможно, когда мама впервые выгнала его из дома или когда забрали в вытрезвитель. Мама всю ночь не спала, плакала исступленно на кухне, обзванивала больницы и морги. Она никогда не ждала хорошего.  (далее…)

Долгий день

Дождь. Ты выпил. Много.

С детства боюсь пьяных. В нашей семье никто не пил. Спиртное было почти под запретом. Пугают нечеткие движения и раскрасневшиеся лица. И это ощущение, что не могу управлять. Никак. В случае с выпившим тобой – немного проще. Никогда не могла тобой управлять. Спиртное ничего не меняет. И потом… Я любила. Любовь делает даже самую непокорную и взъерошенную женщину тихой, как свет утренней зари.  (далее…)

Сила

Он с облегчением вздохнул. Всем телом прижал к себе маленькую юркую женщину. Она почти полностью спряталась в складках дорогого пальто где-то в области груди.

– Так никогда и не вырастешь?
– Не смешно, – обиделась всерьез.

Только она так умела. Из смелой, независимой и талантливой вдруг превращалась в обиженное существо с повышенным градусом непроходимой глупости. Бесполезно разговаривать.  (далее…)

Красное

Красный упругий рот упрямо жевал лист дорогущего салата. Совершенно чужой, активный, молодой рот. Губы изгибались дугой, охватывали вилку с зеленым влажным салатом, от этого неуместно-яркая для завтрака помада становилась еще ярче. Совершенно чувственный и одномоментно бесчувственный рот. Она периодически неловко хихикала, поправляя белоснежные волосы, выбивающиеся из модной укладки. Укладка за ночь растрепалась, но все еще имела товарный вид.  (далее…)